Петрозаводск – Кемь, живые истории карелов. Навстречу белому сиянию, фрагмент 9

День седьмой

Кроме прогулки по Петрозаводску, сегодня передо мной стояли задачи, связанные с издержками дня вчерашнего.

С обувью мне взялся помочь Юра. Мы заехали в пару обувных магазинов, но ничего подходящего не нашли.

— Слушай, у меня на работе есть кроссовки твоего размера. Мне в них не совсем комфортно, а тебе может и подойдут.

Обувь приходится мне в самый раз, и я снова удивляюсь тому, насколько в дороге всё не случайно.

По дороге мне попадается магазин рабочей одежды, и я покупаю здесь вещь, прямо созданную для автостопа — лёгкую ярко-зелёную непромокающую куртку со светоотражающими полосками. Сразу же её и одеваю, потому что в городе, особенно на берегу Онежского озера реально холодно. Люди одеты в демисезонные плащи и куртки.

Захожу в кафе „Ottolina“ погреться, выпить кофе и отведать пирожное. Пользуясь случаем, решил написать впечатления обо всех, кто приглашал меня на ночлег. Отзывы — это такая валюта и показатель репутации в сети Couchsurfing. Если у тебя много положительных отзывов и нет нейтральных или негативных, что, по-моему одно и то же, то тебе в большей степени можно доверять. Писать отзывы друг о друге — норма вежливости у каучсёрферов.

„Артём и Яна — гостеприимные хозяева и интересные собеседники. И, хотя у нас не было много времени для общения, мы успели поговорить о путешествиях и обо всем на свете. Отдельное спасибо за картофельную бабку с грибами,“ — такой отзыв я оставил о витебских хостерах. А они написали мне отзыв в ответ: „Хороший и добрый человек. Счастливого пути!“

Гулял в парках, бродил по берегу речки Лососинки. Сейчас в этих широтах короткая весна вот-вот должна смениться северным летом. Повсюду, особенно возле воды, желтеют колонии лютиков. На аллеях расцвела сирень.

В Петрозаводске сохранились целые кварталы деревянных двухэтажек, окрашеных в зелёный, синий цвет или вовсе неокрашеных. В самом центре есть полуразрушенные, но очень интересно разграфиченые здания.

Сегодня ужинал один. За окном был нескончаемый вечер, и лишь взглянув на часы, спохватился, что уже давно пора спать. Не знаю, почему, но что-то родное чувствуется мне в этих монотонных, бледно-жёлтых вечерних интонациях. Как будто вся моя нынешняя северная история — это попытка вспомнить что-то, давно забытое. Такое бывает, когда в течение дня о себе напоминает важный, но незапомнившийся сон.

День восьмой

Городские пейзажи за троллейбусным окном из-за моей привычки к южной освещённости напоминают раннюю осень. Еду на конечную и думаю о том, что вот уже неделю я в дороге. И, странное дело, за всё это время ни на миг не почувствовал себя одиноким. И дело даже не в том, что путешественнику везде оказывают помощь, чему я уже успел не раз восхититься. Как будто есть такая точка, с которой бродяги видятся не разобщёнными, а связанными одним общим делом и судьбой. Но стоит лишь сфокусировать взгляд и попытаться что-то для себя обозначить, как виденье тут же рассыпается, оставляя простую, надёжную реальность. На память мне пришла песня Юрия Кукина, в которой он рассказал о подобном переживании.

Вместо домов у людей в этом городе небо,
Руки любимых у них вместо квартир.
Я никогда в этом городе не был, не был,
Я все ищу и никак мне его не найти.

От конечной шёл пять километров до выезда на Шую, напевал: „Он задрожит миражом, он откликнется эхом…“ Потом переключился на более весёлый репертуар, потому что вдруг начался дождь, сделавший аллюзию на осень в моей голове особенно убедительной.

Первый водитель взял меня до Кондопоги, это был парень со светло-русыми прямыми волосами. Подобную карельскую внешность я наблюдал у многих петрозаводчан, в частности, у Юры. Водитель рассказывал о том, что Карелия очень тяжело переживала девяностые, в Петрозаводске практически всё производство было остановлено. Сейчас нефтедоллары понемногу просачиваются в народ. Люди живут в основном за счёт северных выплат. Ещё говорит, что в этом году на Крым выделили 600 миллиардов, а Карелия выбила себе только 150.

Второго моего попутчика зовут Лёха.

— Я тебя ещё издалека увидел в этой куртке, когда ты переходил дорогу возле кафешки.
Это важная для меня, как для автостопщика информация, из которой по крупицам складывается личный набор правил. Человек в чёрном на дороге, особенно если идёт дождь, совершенно сливается с пейзажем.
Лёха рассказывает, что работает водителем на самосвале. Родом он из Подпорожья, это городок в тридцати километрах от того места, где мы с Ксюшей стояли на мосту. Говорит, что в сёлах колхозов нет, все мужики бухают. Он сам пил, пока не рванул с женой на Север, в Костомукшу. Здесь ей, как учительнице английского дали комнату восемь метров. Со временем они взяли в кредит комнату в центре. Говорит, что как только выплатит кредит, то есть через два года, обязательно поедет с женой отдохнуть на юг. Условия для жизни в Костомукше очень тяжёлые. На „Карельском окатыше“ добывают руду открытым способом. У Лёхи в первый год постоянно шла носом кровь. Людям, родившимся здесь, вообще не рекомендуют выезжать, потому что здоровье может не выдержать перемены среды. Говорит, что есть у них и переселенцы с Востока Украины:

— Залупастый, слушай, у вас народ! Их поводили по всем инстанциям, предоставили жильё, работу, помогли с детскими садиками. Тут местным подолгу приходится искать работу и ждать жилья, а они пришли на всё готовое и работать не хотят.

Советует приезжать в Карелию попозже, когда поспевает черника, брусника. А вообще, говорит, что здесь хорошее дело — это охота и рыбалка.

Останавливались на заправке, и Лёха взял нам по мороженному.

Дальше ехал с дальнобойщиком на фуре. Он планирует сегодня гнать до упора и ночью приехать в Мурманск. Радуется, что сейчас полярный день, и можно ехать хоть круглые сутки.

В Пушном остановились пообедать. Здесь жена хозяина СТО держит кафешку, сама готовит, сама и обслуживает. Водитель спрашивает к пельменям сметану, но оказывается, что сметаны не завезли. Был удивлён тем, какие тут цены. За хороший обед с борщём и пельменями водитель заплатил что-то около 500 руб., то есть где-то 200 гривен. Я за маленькую порцию пельменей, блинчики и компот — в два раза меньше.
У этого водителя тоже кредитная история. Два года назад он купил фуру:

— Ещё три года осталось долбить, чтоб рассчитаться. Зато сам себе хозяин, сам решаешь, когда выходить в рейс.

Он довёз меня до поворота на Кемь.

Продолжение следует…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *