Чернигов – Гомель, песни белорусских партизан. Навстречу белому сиянию, фрагмент №3

Если бы я как-то классифицировал водителей, то мой третий попутчик Владимир из Гомеля был бы представителем типа „подарок судьбы“. Даже не потому, что я ждал его всего каких-то двадцать минут, не потому, что он, тратя своё личное время, перевёз меня через границу, хоть я просил только до таможни. Это один из тех людей, с кем за короткое время пути успеваешь обсудить всё на свете и сожалеешь, что уже пора выходить. Мы успели поговорить об идеологическом давлении и практически исчезающем белорусском языке. О том, что украинцы, белорусы и поляки легко понимают и даже учат языки друг друга. О продуктах, которые в Гомеле действительно дороже и о том, что белорусские пограничники не разрешают ввозить из Украины сало. Владимир вообще любит приезжать в Украину. Пограничникам говорит: „Їду до друзів поїсти сала та попити горілки.“ Мечтает побывать во Львове, где ещё ни разу не был. Из его динамиков поёт „Океан Эльзы“.

Границу пересекли быстро, основная задержка была за моим рюкзаком, который привлекал внимание погранслужбы. Дважды мне приходилось доставать содержимое, хотя пограничники довольствовались беглым взглядом на пакеты с вещами. Наши особенно оживились, когда узнали, что планирую ехать на территорию Российской Федерации, спрашивали, нет ли у меня с собой оружия, а также, люблю ли я курить траву. Белорусы были более доброжелательными, спросили, где я работаю, где буду ночевать и есть ли у меня с собой деньги. Когда сказал, что везу с собой гривны и собираюсь купить белорусские рубли в Гомеле, пограничник посоветовал больше так не делать, потому что у них обменять гривну — большая проблема.

Владимир довёз меня до автобусной остановки и вручил целую кипу банкнот.

— Здесь 3500 рублей, это тебе на проезд.

Сажусь в автобус, отдаю всю эту кучу денег кондукторше, устраиваюсь возле окна и еду на конечную, к вокзалу. И где-то на середине маршрута моё мечтательное созерцание гомельских фасадов прерывает забегающий в автобус Владимир:

— Вот, держи пропажу! — с этими словами он протягивает мне документ, который я обронил в машине в суете пограничных проверок.

Однажды на вопрос, что для меня автостоп, я ответил, что кроме драйва, острого переживания свободы и доверия миру, это ещё и школа благодарности. Ведь за каждую сотню километров, на которую ты продвигаешься вперёд, за каждый ночлег, за прекрасные вечера, наполненные душевным общением, за маленький совет, по какой дороге ехать, ты кого-то благодаришь. И для тебя становится очевидным: благодарность за всё, что с тобой происходит — это и есть нормальное общение с миром.

С Натальей Самсоновой я познакомился на крылечке Гомельского университета пять лет назад. Была предвыборная кампания, и девушка активно собирала подписи за оппозиционного кандидата Некляева. У нас нашлось много общих тем, Наталья тоже любит путешествия и автостоп. Узнав, что я буду в Гомеле, Наталья написала мне с кучей смайликов: „Буду вельмі-вельмі рада сустрэцца!“
Сустракаемся. Радость и объятия, как будто встретились старые друзья. Извенения за беспорядок в квартире: „Сама три недели не была дома“.

Наталья делает материалы для единственного в Беларуси оппозиционного телеканала „Белсат“. С профессиональной хваткой журналиста и рвением, присущим её неугомонному характеру, начинает готовить со мной интервью, но в результате мы понимаем, что моя поездка на Соловки слишком далека от белорусской тематики.

Вышли за продуктами. Были возле обменника, и я воочию убедился в правоте пограничников. Здесь покупают гривну за 200 рублей, а продают за 800. Самым разумным решением было бы взять с собой доллары. Собираясь в Гомель в прошлый раз, я сделал именно так. И когда покупал местную валюту, кстати в этом же самом обменнике у вокзала, даже выиграл на разности курсов. Решилось всё просто: Наталья частоездит в братскую Украину, и ей гривны будут никак не лишними, вот она и предложила их купить.

Пришёл её парень Андрусь. Мы слушали белорусскую музыку, разговаривали о политике и об истории. Они рассказали, что название Беларусь, как и Малороссия — это наследие Российской империи и что издревле они назывались не белорусами, а литвинами. Наталья и Андрусь говорили со мной по-белорусски, я отвечал им по-украински, и нам было настолько комфортно, что мы практически не замечали наших языковых различий.
Потом мы гуляли по ночному Гомелю и пели песни белорусских партизан. Из этого пункта моего путешествия нет фотографий, ведь в те края, где можно снимать всю ночь я ещё не доехал. А для меня дневной облик этих мест: парк, дворец Румянцевых-Паскевичей, набережная реки Сож — легко восстанавливался по памяти.

Читать далее >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *